Симоньян сообщила об ухудшении состояния после химии

Маргарита Симоньян проходит лечение от рака груди с ноября, и с каждым новым сеансом химиотерапии её состояние усугубляется. После первой процедуры она вернулась к съёмкам шоу и работе на телевидении уже через несколько недель. Второй курс позволил ей даже отправиться с Владимиром Путиным в Индию для запуска канала RT India. Но третья химиотерапия, состоявшаяся 7 декабря, не даёт возможности быстро восстановиться.

О серьёзном упадке сил Симоньян рассказала в своём блоге. Она сочла необходимым объяснить причину отсутствия на встрече клуба, где обсуждалась её книга «В начале было Слово — в конце будет Цифра».

— До последнего надеялась, что смогу быть на этом важном для меня мероприятии, но после третьей химии стало очень тяжело. С трудом нахожу в себе силы, чтобы выйти из комнаты. Спасибо всем, кто пришел, за внимание и такой интерес к моей книге, — поблагодарила поклонников Маргарита.

Ранее журналистка отмечала, что наиболее тяжёлыми являются первые дни после химиотерапии, когда самочувствие резко ухудшается, а жизненные показатели падают. Однако в этот раз побочные эффекты, судя по всему, сохраняются намного дольше.

Сама Симоньян старается сохранять оптимизм и не акцентироваться на негативных последствиях лечения. После начала выпадения волос она приобрела несколько париков. Вынужденный постельный режим она использует для просмотра сериалов, на которые раньше не хватало времени.

— Что облысела, что вкус пропадает, как при ковиде, что кожа портится — это само собой. Об этом я не переживаю. Да я, признаться, ни о чем не переживаю, кроме того, чтобы успеть вырастить своих детей, — написала после третьей химиотерапии Маргарита.

Диагноз онкологического заболевания Симоньян поставили в сентябре. По её мнению, болезнь спровоцировал стресс из-за состояния режиссёра Тиграна Кеосаяна, который в декабре 2024 года впал в кому и так и не пришёл в сознание до своей кончины. Постоянные переживания привели к сбою в организме. Тревожным сигналом стала боль в груди, которую журналистка сначала связывала с нервами, пока врачи не сообщили ей о диагнозе.